Синдром размытого лица болезнь

100 операций лица ради модельной карьеры

Редкая и неизлечимая болезнь, вызывающая деформацию костей лица, не помешала этой женщине воплотить мечту о модельной карьере. Правда для этого она прошла через 100 пластических операций.

31-летняя жительница Нью-Йорка Элисон Миддсток страдает от синдрома Тричера-Коллинза — это заболевание, которое затрагивает развитие костей лица. Начинающая художница провела много месяцев в больнице, проходя через реконструктивные пластические операции по изменению лица и коррекцию речи, а также слуха. На все на это она пошла, в том числе, и ради того, чтобы воплотить мечту о модельной карьере. Элисон разместила в интернете множество профессиональных модельных фотографий, чтобы вдохновить тысячи других людей, столкнувшихся с похожими проблемами.

Элисон подчеркивает, что ей потребовалось много лет для того, чтобы достичь поставленных результатов. Модельная работа – не единственное, что интересует женщину. Она также увлекается рисованием, актерским ремеслом и дизайном одежды.

Биологические родители отказались от Элисон сразу после рождения из-за ее тяжелой болезни, но через несколько недель девочку удочерили. С раннего детства она часто попадала в больницы, где ей проводили многочисленные операции по исправлению деформаций лица и черепа. (ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ)

Причины развития и лечение синдрома Тричера-Коллинза

Содержание:

Синдром Тричера Коллинза, или челюстно-лицевой дизостоз – это генетическое заболевание, которое носит аутосомно-доминантный характер наследования и характеризуется деформацией лица и черепа. Впервые на этот недуг обратил внимание офтальмолог Эдвард Тричер Коллинз. Произошло это событие в 1900 году.

Признаки и симптомы этой болезни могут сильно отличаться у разных людей, начиная от едва заметных признаков до тяжёлого поражения. Большинство пациентов с этим диагнозом имеют неразвитые кости лица, особенно скулы, уменьшенные челюсть и подбородок. Иногда этот синдром сопровождает такое состояние, как «волчья пасть». В самых тяжёлых случаях неразвитость костей может привести к тому, что человек просто не может нормально дышать, что очень опасно для жизни человека.

Какие мутации приводят к развитию синдрома

Чаще всего при таком синдроме происходит мутация в генах TCOF1, POLR1C и POLR1D. При этом изменения в гене TCOF1 обнаруживается в 93% всех случаев постановки этого диагноза. Мутация в генах POLR1C и POLR1D выявляется довольно редко. Именно это является причиной развития синдрома Тричера Коллинза. Если же нарушений в этих генах нет, но заболевание присутствует, то причину его можно считать неизвестной.

Известно, что эти три гена — TCOF1, POLR1C, и POLR1D – играют важную роль в формировании костей и других тканей лицевой части черепа. Они принимают активное участие в производстве молекул, которые носят название рибосомная РНК, которая является «сестрой» ДНК.

Изменения в вышеперечисленных генах сокращают общее количество производимых молекул. Предполагают, что это приводит к самоуничтожению некоторых клеток, которые отвечают за развитие тканей лица и черепа. Всё это ещё во время формирования плода приводит к тому, что в формировании лица есть некоторые проблемы, которые могут быть как едва заметными, так и сильно выраженными.

Как наследуется недуг

Эта болезнь носит аутосомно-доминантное наследование. При этом она будет проявляться у ребёнка в том случае, если мутантный ген есть у одного из родителей. Чаще всего так наследуется мутантность в генах TCOF1 или POLR1D. Однако чаще всего, а это примерно 60% всех случаев, болезнь не носит наследственный характер, а проявляется у ребёнка в силу новой мутации только его генов.

Если же произошла мутация в гене POLR1C, то это говорит о аутосомно-рецессивном наследовании, то есть мутантный ген ребёнок получает от обоих родителей. Однако у самих родителей заболевание чаще всего или никак не проявляется, или только слегка выражено. Посмотреть, как выглядят дети с синдромом Тричера Коллинза на фото, можно в Интернете.

Такой необычный недуг имеет много самых разных проявлений. Причём у одного человека с этим диагнозом могут наблюдаться далеко не все возможные дефекты. А так как это заболевание врождённое, то первые признаки болезни можно наблюдать сразу после рождения ребёнка.

Основные проявления болезни – это многочисленные уродства лица. При этом чаще всего наблюдается неправильное формирование глазной щели. В таком случае наружный угол глаза всегда направлен не вверх, как бывает обычно, а вниз. Такое явление наблюдается с обеих сторон. Веки при этом имеют форму треугольника, что носит название колобома.

Второй важный диагностический признак – это недоразвитие скуловой кости. Кости скул очень маленькие, что в свою очередь приводит к неправильной симметрии лица. Нижняя челюсть также имеет некоторое недоразвитие и, как правило, очень маленькая. При этом наблюдается большой рот.

Недоразвитие касается и зубов. В некоторых случаях они могут и вовсе отсутствовать на протяжении всей жизни, но чаще всего зубы сильно расставлены друг от друга, что формирует неправильный прикус.

Третий немаловажный признак – это или полное отсутствие, или недоразвитие ушных раковин и слухового прохода. Из-за этого дети не могут иметь нормальный слух.

Это заболевание имеет несколько стадий в своём развитии. При начальной стадии изменения на лице практически не заметны. При средней степени тяжести, что выявляется чаще всего, отмечаются вышеперечисленные нарушения. При тяжёлой степени у ребёнка практически невозможно рассмотреть черты лица.

Так как эта болезнь носит генетический характер, то лечения её просто не существует. Однако при сильно выраженных пороках развития лица есть возможность провести операцию, которая поможет устранить имеющиеся дефекты.

При необходимости проводится коррекция ушных раковин, волчьей пасти и пластика наружного слухового прохода. Так как при этом заболевании челюсти очень маленькие, а язык имеет большие размеры, то он просто не может поместиться во рту. Чтобы побороть эту патологию, проводится операция по удалению надгортанника и установке постоянной трахеостомы.

Вылечить этот серьёзный недостаток за одну операцию просто невозможно, особенно если нарушения выявлены в тяжёлой степени. Поэтому требуется несколько пластических операций, а сам цикл лечения может растянуться на несколько лет. Однако иногда удалить все дефекты не получается, и человеку приходится мириться с этим всю жизнь.

Кстати, вас также могут заинтересовать следующие БЕСПЛАТНЫЕ материалы:

  • Бесплатные книги: «ТОП-7 вредных упражнений для утренней зарядки, которых вам следует избегать» | «6 правил эффективной и безопасной растяжки»
  • Восстановление коленных и тазобедренных суставов при артрозе — бесплатная видеозапись вебинара, который проводил врач ЛФК и спортивной медицины — Александра Бонина
  • Бесплатные уроки по лечению болей в пояснице от дипломированного врача ЛФК . Этот врач разработал уникальную систему восстановления всех отделов позвоночника и помог уже более 2000 клиентам с различными проблемами со спиной и шеей!
  • Хотите узнать, как лечить защемление седалищного нерва? Тогда внимательно посмотрите видео по этой ссылке .
  • 10 необходимых компонентов питания для здорового позвоночника — в этом отчете вы узнаете, каким должен быть ежедневный рацион, чтобы вы и ваш позвоночник всегда были в здоровом теле и духе. Очень полезная информация!
  • У вас остеохондроз? Тогда рекомендуем изучить эффективные методы лечения поясничного , шейного и грудного остеохондроза без лекарств.

Синдром Коллинза: причины, симптомы и лечение

Синдром Коллинза — загадочное и тяжелое заболевание, приводящее к рождению детей с тяжелыми лицевыми аномалиями, обезображивающими лицо. О синдроме известно немного, хотя таких людей в мире уже достаточное количество.

Представляем ответы на самые главные вопросы о заболевании.

Синдром Коллинза: что из себя представляет

Синдром Коллинза вызван генетическим нарушением. Эта поломка в генах приводит к последствиям в виде врожденных тяжелых аномалий лицевого скелета. Встречается подобная аномалия в одном случае на 10 тыс. новорожденных.

В результате наблюдается дефект в развитии черепа и лица. Кости в области лица – лобная, носовая и лицевые – могут быть недоразвитыми, при этом нос на фоне таких костей будет казаться крупным. Также недоразвитыми становятся кости челюстей и подбородок.

Часть больных имеют также и дефекты развития костей внутри черепа – небной зоны с формированием «волчьей пасти», может возникать косоглазие и дефекты орбит, а также проблемы со слухом из-за сильно выраженных деформаций слухового прохода и слуховых косточек.

При всем этом внешнем обезображивании интеллектуальные способности детей с синдромом Коллинза вполне соответствуют возрастным, это смышленые и адекватные дети, которым из-за внешних проблем крайне сложно адаптироваться и существовать в нашем обществе.

Причины развития синдрома Коллинза

Синдром Коллинза вызывают мутации особого гена, точнее группы генов — TCOF1, POLR1C или POLR1D. Первый вариант – причина до 90% случаев всех патологий, а второй и третий существенно утяжеляют течение синдрома.

Другие публикации:  Чесотка медикаментозное лечение

Именно эти гены отвечают за формирование лицевых костей и тканей самого лица, по этим генам организм, как по схеме, еще в раннем внутриутробном периоде собирает лицо младенца из кирпичиков-белков. Сломанная схема не может дать организму информации по сборке, и лицо приобретает обезображенный вид.

Считается, что наследование данной мутации – аутосомно-доминантное, то есть у таких родителей родятся дети с данным синдромом с высокой вероятностью. Но до 60% детей с данными аномалиями были рождены от вполне обычных здоровых родителей, что говорит о спонтанных новых мутациях.

Влиять на гены, чтобы появилась подобная мутация, могут многие неблагоприятные факторы – курение и прием алкоголя при беременности, прием наркотиков, тяжелые болезни, прием некоторых медикаментов и многое другое.

Как протекает болезнь и можно ли с ней жить

Степень развития проблемы может быть от незначительной, легких аномалий и недоразвития костей, до тяжелой. Хирургическое вмешательство во многих случаях способно подправить ошибку природы.

Об одном уникальном случае известно медицине – в 2003 году родилась девочка Джулиана с тяжелой степенью синдрома Коллинза, у нее не было до 40% лицевых костей – верхней челюсти, скуловых дуг, частично костей глазницы, а также был деформирован наружный слуховой проход. На сегодня это самый тяжелый из известных случаев синдрома Коллинза.

За семь лет девочке проведено много пластических операций, благодаря которым она постепенно обретает лицо. Она уже научилась говорить, ходит в школу, хотя при рождении врачи давали ей мало шансов – она не могла есть через рот и дышала через трахею.

«Девочка без лица», как окрестили Джулианну журналисты, — настоящий борец. Ее интеллект вполне соответствует возрасту, она очень любит свою семью, сестру и родителей. Сегодняшняя медицина далеко шагнула в решении проблем подобны детей, но девочке предстоят еще годы лечения.

Лечение синдрома Коллинза

Зачастую современная медицина выявляет подобный синдром еще внутриутробно, на УЗИ-скрининге. В таком случае матери предлагается прерывание беременности по медицинским показаниям.

Но если прерывания беременности не произошло либо диагноз поставлен уже после рождения, ребенку предстоят генетическое консультирование и реконструктивные операции по восстановлению костей лица.

Кроме того, специалисты проводят слухопротезирование для детей с тугоухостью кондуктивного типа, стоматологические операции при проблемах с развитием челюстей. Логопедические занятия рекомендуются для развития речи для нарушении речевого аппарата.

При условии комплексной реабилитации дети с синдромом Коллинза могут успешно адаптироваться и развиваться в соответствии с возрастными нормами.

«Что с твоим лицом»: Как я живу с синдромом Парри-Ромберга

Интервью: Алла Смирнова

Синдром Парри-Ромберга — редкая патология, генез которой до сих пор до конца не изучен медиками. У человека с таким заболеванием атрофируются мышечные и костные ткани одной половины лица (случаев, когда заболевание поражает всё лицо, гораздо меньше). Болезнь развивается медленно: сначала, как правило, атрофируется кожа и подкожная клетчатка, затем — мышцы и кости. При этом двигательная функция мышц обычно не нарушается. Атрофия чаще всего происходит в области губ, глаз, носа и ушей. Менее часто она затрагивает лоб, нёбо, язык, еще реже — шею и другие участки тела.

Заболевание может быть врождённым, а может развиться на фоне интоксикации, инфекций или физических травм. В результате этих процессов лицо деформируется и приобретает ассиметричную форму: сторона, поражённая болезнью, оказывается меньше здоровой. Иногда развитие заболевания сопровождается снижением чувствительности кожи, её депигментацией, выпадением бровей и ресниц. Мы поговорили с героиней, столкнувшейся с этим состоянием.

Очень часто я слышу вопрос: «А что с твоим лицом?» Как на это нужно отвечать, я не знаю. У меня не было травм головы, меня не били родители, и я не родилась такой. Деформация моего лица произошла где-то за два года — то есть не моментально, как думают некоторые люди. Почему синдром Парри-Ромберга выбрал именно меня, до сих пор точно не сказал ни один врач. Предположительная причина — травма в детстве. В шесть лет мы играли с моей старшей сестрой в какую-то подвижную игру, и я сломала руку. Меня положили в больницу. Через некоторое время выпали брови и ресницы, а на щеке появилось еле заметное красное пятнышко, которое родители приняли за лишай. Тогда никто — ни я, ни моя семья — не предполагали, что так может проявлять себя тяжелое неизлечимое заболевание.

Вскоре после перелома руки появились постоянные ноющие боли. Особенно болели кости рук и ног — казалось, что их кто-то выкручивает. Ещё болела голова, я не могла есть, падала в обморок, меня рвало. Что-то похожее, как мне кажется, происходит во время эпилептического припадка. При этом лицо, как это часто бывает у людей с таким заболеванием, не болело. Разве что иногда ощущала еле заметную мышечную дрожь.

Детство почти не помню, потому что много времени провела в больницах. Тогда меня постоянно выдергивали из комфортной, подходящей мне среды — отправляли в стационар очередных отделений больниц. Мне казалось, что в каждом новом отделении я лежала дольше всех. Наверное, так оно и было, ведь врачи не могли понять, что со мной происходит, и не торопились разрешать мне покинуть больничную палату.

Деформация моего лица произошла где-то за два года — то есть не моментально, как думают некоторые люди

Мама водила меня по разным специалистам, и все они разводили руками и не могли поставить диагноз. Поскольку времени с того момента прошло слишком много, я уже мало что помню. Думаю, тот период моей жизни был более страшным для родителей, ведь это были 90-е, а моя семья жила очень бедно, хороших врачей в Иркутске не было.

Мы с мамой побывали у эндокринолога, онколога, ревматолога, дерматолога, но все они не могли поставить диагноз. Мама была в отчаянии, поэтому решила попробовать нетрадиционные методы лечения. Мы ходили к гадалкам, которые видели причину болезни в испуге, знахаркам — они пыталась снять с меня порчу при помощи красного вина и батюшке — он отпускал первородные грехи и видел проблему в том, что родители некрещёные.

После всего этого мы, наконец, встретили грамотного специалиста, им оказался невролог из Иркутской областной детской клинической больницы. Она направила меня на биопсию и на консультацию в НИИ ревматологии РАМН. Там мне поставили диагноз «синдром Парри-Ромберга», назначили лекарства, которые я принимала очень много лет. Когда они заканчивались, их приходилось заказывать в Москве — в Иркутске нужных медикаментов попросту не было.

Через год мне стало значительно лучше, я уже не орала от постоянной ноющей боли в костях, могла есть — а значит, лекарства действительно помогали. Я стала ложиться в больницы на стационарное лечение гораздо реже — примерно раз в год. Самым неприятным там для меня был ежедневный осмотр. Заведующая врач брала амбулаторную карту и зачитывала записи о течении болезни, а учащиеся ординатур слушали её. Так как мое заболевание встречается редко, я всегда чувствовала особое внимание врачей и студентов-медиков. Думаю, что тогда моя детская психика была чуть травмирована. Каждый раз, когда врачи проводили осмотр, я молча смотрела на них и никак не реагировала, чувствовала себя подопытным кроликом. Но со временем больницы стали привычной средой.

Мне повезло с врачами, которых я встретила в Москве. Они сделали все возможное из того, что в принципе были в состоянии сделать российские медики на тот момент — поставили диагноз, назначили эффективные препараты, подтвердили инвалидность, которая очень помогала в приобретении дорогих лекарств. Когда болезнь прогрессировала, рядом с моей семьей оказались хорошие люди, которые не отказали в помощи — родственники, коллеги мамы, друзья семьи. Они дали денег на поездку в Москву. Я бесконечно благодарна маме, и даже представить не могу, каких усилий ей стоило не отказаться от меня в тот момент.

Ремиссия наступила в десять лет, когда я пошла в пятый класс. Я вернулась в ту же школу, где и училась раньше. Припадков больше не было, правда, иногда появлялась ноющая боль в костях, которую я и сейчас ощущаю. Я получала прежнюю терапию. Со временем меня начало мутить от таблеток, я просто выкидывала их, боясь сказать врачу, что мне плохо. Тогда я не знала, что все самые сложные испытания ещё впереди, ведь деформация лица к тому времени была уже сильно заметна.

Мы ходили к гадалкам, они видели причину болезни в испуге, знахаркам — они пыталась снять с меня порчу при помощи красного вина, и батюшке — он отпускал первородные грехи

Я училась в хорошей школе, поэтому не подвергалась никаким систематическим издевательствам. Но всё равно чувствовала, что ровесники относятся ко мне не как к равной. В средних классах у меня были прозвища Баба-Яга и Терминатор. Хорошо, что сестра училась в той же школе — она всегда меня защищала от обидчиков. Тогда я поняла, что среда может быть агрессивно настроенной, полюбила проводить время одна, читать книги и погружаться в свой мир. Мне было сложно завести друзей лет до четырнадцати.

Другие публикации:  Антибиотик 3 таблетки от ангины

Когда начался пубертат, мне, конечно, захотелось нравиться. Как и мои сверстницы, я старалась выглядеть привлекательно, но бывали ситуации, когда вместо комплимента я слышала фразу: «Почему ты такая страшная?» Чаще всего это были мужчины, которые хотели познакомиться на улице. Как правило, все они произносили эту ужасную фразу, как только видели мое лицо.

В восемнадцать лет я получила квоту, позволяющую делать операции в ЦНИИС и ЧЛХ (Центральном научно-исследовательском институте стоматологии и челюстно-лицевой хирургии). Всего операций было шесть, мне установили несколько лицевых имплантатов, а также исправили форму носа и губ. Помню, как я ждала каждую следующую операцию — мне казалось, что она сделает меня счастливее, хотя не все из них проходили легко.

Начиная с третьей операции, я стала сильнее ощущать последствия наркоза и то, как приживаются имплантаты. Тяжело были и психологически, потому что относиться к результату однозначно у меня не получалось. Сначала всё нравилось, потом казалось, что могло быть и лучше. И я видела много таких людей, которые понимали, что после операции выглядят заметно лучше, чем до неё, но при этом страдают от того, что не выглядят так, как им мечталось. Наверное, поначалу я тоже была готова идти в операционную сколько угодно раз, но потом поняла, что это не единственно возможный путь к счастью и смысл моей жизни не в постоянном исправлении себя, не стоит тратить на это время.

В 19 лет я уехала учиться в Москву. Оказалось, что тут проще затеряться в толпе. Только после переезда я поняла, что в родном городе мне тяжелее всего было в моменты, когда я добиралась до какого-нибудь общественного места. Сами эти места меня не пугали, а вот дорога до них была испытанием. Да и сейчас происходит то же самое: когда люди идут навстречу, они не воспринимают меня как личность. Я для них — аксессуар. Они могут смотреть и оценивать, не учитывая, насколько это правильно. Именно прохожие чаще всего позволяют себе задавать дурацкие вопросы или оскорблять.

Сейчас такое тоже случается, и в такие моменты я себя не люблю. К примеру, пару лет назад на свадьбе у друзей со мной познакомился их родственник. Он сказал мне: «Ты такая классная, но как же я тебя своей маме покажу?» Думаю, он имел в виду именно мою внешность, а не что-то другое. Да, это звучит странно, но и в Москве это происходит постоянно — в барах, в метро и других общественных местах люди могут разглядывать меня, пытаются потрогать лицо, заглянуть под чёлку. Просьба не трогать меня обычно не срабатывает.

Раньше мне помогал такой психологический приём: когда я смотрела на своё отражение, то представляла, что я — это только одна здоровая половина лица, а вторая, пораженная болезнью, — это уже кто-то другой, это не часть меня. Я использовала эту уловку, чтобы не бояться выйти на улицу. Сейчас стараюсь воспринимать себя целиком такой, какая я есть, хотя это очень тяжело и не всегда удается.

Помочь в этом в детстве и зрелом возрасте мне не раз пытались психологи, но они никогда не спрашивали о том, как я воспринимаю себя, обижают ли меня сверстники и что я в этот момент чувствую. Помню, как однажды на консультации психолог спросил меня, почему я делаю вид, что у меня нет проблем. Мне тогда было двадцать лет. Думаю, уже тогда нужный момент для обсуждений со специалистом был упущен, и у меня установился достаточно сильный барьер на такие разговоры с кем-то посторонним.

Вместо комплимента я слышала фразу: «Почему ты такая страшная?» Чаще всего это были мужчины, которые хотели познакомиться на улице

Поэтому я считаю, что любые хирургические вмешательства должны сопровождаться психологической поддержкой. При этом специалист должен работать не только с травмами прошлого, но и ожиданиями от будущего. Перед операцией важно понимать, что хирург не маг и не нужно ждать от него чего-то сверхъестественного. Я старалась помнить об этом всегда, но всё же переживания были, и мне очень не хватало возможности поделиться ими сразу после операций.

В семье тема моей болезни считается запретной. Мы никогда не обсуждали, что со мной происходило, когда болезнь прогрессировала и моя внешность менялась. Родителям до сих пор неловко обсуждать это со мной. Одно время я тоже хотела думать, что болезни нет, но сейчас я пытаюсь понять, что со мной происходило, и стараюсь принять себя такой, какая я есть. Друзья поддерживают меня, но иногда даже они могут задать вопрос: «А не хочешь ли ты ещё что-нибудь подправить?» Нет, не хочу, потому что в таком случае я потрачу свою жизнь на попытки стать безупречно красивой для тех, кто видит во мне лишь любопытный объект — рассматривают лицо или спрашивают: «Авария?» Я очень хочу любить себя всегда, но это трудно, потому что незнакомые люди постоянно напоминают мне о том, что я выгляжу не так, как они.

Синдром размытого лица

Ярославу 2 года, он из Украины. О том, что такой ребенок родится именно у нее, его мама не могла представить даже в страшном сне. Диане важно понимать, что ждет ее сына в будущем?

В студии «Говорит Украина» (канал «Украина») мама мальчика с синдром размытого лица узнает: как живут другие люди с такой болезнью в Украине и в мире. Диану ждет невероятная встреча с самым известным мужчиной с синдромом «размытого лица».

Синдром размытого лица болезнь

Всем привет! Я очкарик со стажем. Надел очки в 2000 году, и с тех пор мое зрение постоянно ухудшается. Сейчас уже -4дптр (без очков вижу четко только с 25 см). Вчера меня серьезно торкнуло избавиться от очков, от своей инвалидности раз и навсегда. Причина тому — всевозможные истории в интернете, как люди избавляются от очков, восстанавливают свое зрение. Значит, это действительно возможно?

Усугубляет ситуацию разобраться во всем то, что доходы производителей очков и контактных линз исчисляются миллиардами долларов, а нашим врачам гораздо проще выписать очки и таким образом «решить проблему» пациента.

Итак, что же такое миопия, или близорукость. Четкого и однозначного ответа я нигде не нашел. В основном формулировка такая — «плохая видимость предметов в даль». В качестве иллюстрации приводятся всевозможные картинки с фотошоповским эффектом Blur (размытие), например:

Это из статьи «Близорукость» в википедии.

Здесь же я нашел некоторое несоответствие. Дело в том, что эффект расфокусировки знаком нам по видеокамерам. Но в видеокамере преломляющая линза изменяет свое положение по горизонтальной оси вперед или назад. В человеческом же глазе роль внутренней линзы выполняет двояковыпуклый хрусталик, но он не двигается вперед или назад, а сжимается или растягивается по вертикальной оси под действием цилиарной мышцы. Это явление называется аккомодацией (или приспособлением).

Как я вижу без очков при удалении от предмета. Попробую изобразить в фотошопе:

Т.е. видно, что изображение не просто размыливается, оно еще и раздваивается-размножается по вертикали и по горизонтали, образуя в конечном итоге размытый шар из элементов. Единственное что, степень видимости у всех раздвоенных элементов одинаковая, а не как у меня — посередине темнее (это из-за наложения слоев в фотошопе так получилось).

Хорошо заметен этот эффект при взгляде без очков на фонари уличного освещения. Они все превращаются в огромные сферические мутные пятна из элементов. И почему-то про эту особенность зрения при миопии я нигде не нашел — возможно это ключ к тому, как восстановить зрение.

А самое главное, чем же всё-таки вызвана миопия? Оказывается и на этот вопрос однозначного ответа в наш 21 век нет. Согласно той же статьи в википедии — миопия «в подавляющем большинстве случаев сопровождается увеличением передне-заднего размера глазного яблока», т.е. глаз как бы вытягивается вдоль зрительной оси.

В статье про Аккомодацию сказано — «наравне с общепринятой теорией Гельмгольца существуют и другие теории механизмов аккомодации. Например, довольно агрессивно продвигаемая, но давно опровергнутая теория американского офтальмолога Бейтса объясняет аккомодацию сокращением глазодвигательных мышц». Офтальмолог Бейтс представляет близорукий глаз приплюснутым сверху и снизу, а вовсе не его хрусталик, что уже само по себе очень важно.

Но кому верить? Действительно ли нет единого обоснования близорукости, а существуют лишь отдельные теории? Одно время я собирался на лазерную операцию, чтобы прожечь себе роговицы лазерным лучом. Но вроде как в с роговицей у меня все в порядке, форма нормальная. Если проблема с мышцами хрусталика или сам глаз вытянулся как огурец из-за чтения вблизи, стоит ли разрезать себе глаз и истончать роговицу? Думаю, нет.

Другие публикации:  Антибиотики при ангине у ребенка 1 год

Чтобы понять, в каком направлении двигаться дальше, нужно разобраться, что же такое миопия на самом деле, можно ли (и где) пройти комплексное обследование на эту тему, а не ограничиваться лишь проверкой зрения по таблице у окулиста. Есть ли шанс восстановить зрение естественным образом? Может у кого-то из вас есть такой опыт? Любые мнения и ссылки по теме приветствуются! Надоели очки сил нет.

UPD: Нашел хорошую заметку про близорукость — здесь.
Теперь важно ответить на вопрос, как же все-таки определить причины своей близорукости:
1. Изменена форма хрусталика из-за спазма мышц
2. Изменена форма глазного яблока
3. Другие причины

UPD: Записываюсь сюда. Похоже, смогут определить причину миопии, да и вообще комплексное обследование не повредит. Отпишусь по результатам.

fergus/pmwiki/pmwiki.php
Это не самая новая работа, в последнее время появилось много других публикаций, которые демонстрируют лучшие результаты — но там используется совсем сложная математика ((для неподготовленного читателя) в ряде этапов, а основной принцип остается тем же. К тому же, работа Фергуса является своего рода «классикой», он одним из первых предложил принципиально новый подход, который позволил автоматически определять ядро смаза даже для очень сложных случаев.

Модель искажения

И так, приступим.
Возьмем фотоаппарат и сделаем смазанный снимок — благо для этого не требуется особенных усилий 🙂

Введем следующие обозначения:
B — наблюдаемое смазанное изображение
K — ядро размытия (траектория смаза), kernel
L — исходное неразмытое изображение (скрытое)
N — аддитивный шум

Тогда процесс смаза/искажения можно описать в виде следующего выражения

Где символ «*» это операция свертки, не путать с обычным умножением!
Что такое свертка, можно прочитать в первой части
В наглядном виде это можно представить следующим образом (опустив для простоты шумовую составляющую):

Так что же является наиболее сложным?
Представим себе простую аналогию — число 11 состоит из двух множителей. Каковы они?
Вариантов решения бесконечно:
11 = 1 x 11
11 = 2 x 5.5
11 = 3 x 3.667
и т.д.
Или, переходя к наглядному представлению:

Целевая функция

Чтобы получить конкретное решение нужно вводить ограничения, как-то описывать модель того, к чему мы стремимся.
Т.е. нужно больше информации. Одним из вариантов этого является задание целевой функции — это такая функция, значение которое тем выше (в простом случае), чем ближе получаемый результат к желаемому.
Исследования показали, что несмотря на то, что реальные изображения имеют большой разброс значений отдельных пикселей, градиенты этих значений имеют вид распределения с медленно убывающими границами (Heavy-tailed distribution). Такое распределение имеет пик в окрестности нуля и, в отличие от гауссового распределения, имеет значительно большие вероятности больших значений (вот такое масло масляное).
Это совпадает с интуитивным представлением, что на реальных изображениях в большинстве случаев присутствуют большие области более-менее постоянной яркости, которые заканчиваются объектами с резкими и средними перепадами яркости.

Вот пример гистограммы градиентов для резкого изображения:

И для размытого изображения:

Таким образом мы получили инструмент, которые позволяет нам измерить «качество» получаемого результата с точки зрения четкости и похожести на реальное изображение.

Теперь мы можем сформулировать основные пункты для построение завершенной модели:
1. Ограничения накладываемые моделью искажения B = K*L+N
2. Целевая функция для результата реконструкции — насколько похожа гистограмма градиентов на теоретическое распределение с медленно убывающими границами. Обозначим ее как p(LP)
3. Целевая функция для ядра искажения — положительные значения и низкая доля белых пикселей (т.к. траектория смаза обычно представлена тонкой линией). Обозначим ее как p(K)

Объединим все это в общую целевую функцию следующим образом:

Далее эта целевая функция минимизируется методом покоординатного спуска с некоторыми дополнениями, которые я не буду описывать из-за их сложности и обилия формул — все это можно прочитать в работе Фергуса.
Этот подход позволяет улучшить качество имеющегося ядра, но им нельзя построить это ядро с нуля, т.к. скорее всего в процессе нахождения решения мы попадем в один из локальных минимумов.

Пирамидальный подход

Решением этой проблемы является итерационный подход к построению ядра искажения.
Вначале из входного размытого изображения мы строим пирамиду изображений с разным разрешением. От самого маленького размера до исходного размера.
Далее мы инициализируем алгоритм с помощью ядра размером 3*3 с одним из простых шаблонов — вертикальная линия, горизонтальная линия или гауссово пятно. В качестве универсального варианта можно выбрать последний — гауссово пятно.
Используя алгоритм оптимизации, описанный выше мы улучшаем оценку ядра, используя самый маленький размер изображения в построенной пирамиде.
После этого мы ресайзим полученное уточненное ядро до, скажем, 5*5 пикселей и повторяем процесс уже с изображением следующего размера.
Таким образом на каждом шаге мы чуть-чуть улучшаем ядро и в результате получаем весьма точную траекторию смаза.

Продемонстрируем итеративное построение ядра на примере.
Исходное изображение:

Процесс уточнения ядра:

Первая и третья строки показывают оценку ядра на каждом уровне пирамиды изображений.
Вторая и четвертая строки — оценка неискаженного изображения.

Результат:

Блок-схема алгоритма

Осталось собрать все вместе и описать алгоритм целиком:

Более современные подходы имеют примерно такую идею последовательного уточнения ядра, но используют более изощренные варианты целевой функции для результата реконструкции и ядра искажения. Плюс к этому осуществляют промежуточную и финальную фильтрацию получаемого ядра, чтобы убрать лишний шум и исправить некоторые ошибки в алгоритме уточнения.

Практическая реализация

Наверное, самое интересное — это поиграться с алгоритмом Blind Deconvolution вживую на реальных изображениях!
Мы реализовали похожий вариант и добавили как новую функцию в SmartDeblur 2.0 — все по-прежнему бесплатно 🙂
Адрес проекта: smartdeblur.net
(Исходники и бинарники от предыдущей версии можно найти на GitHub: github.com/Y-Vladimir/SmartDeblur )

Пример работы:

Девушка с деформацией лица стала фотомоделью, пережив более 100 пластических операций

Элисон Мидстокк родилась с редким недугом под названием «синдром Тричера Коллинза». Ни симптомы, ни тот факт, что девушке пришлось пережить более 100 реконструктивных операций лица, не помешали ей воплотить в жизнь свою мечту — стать фотомоделью.

Элисон было всего несколько недель, когда ее удочерила Денис Рик. Девочка часто находилась на лечении и не могла нормально посещать школу. Тогда доктора уверяли родителей Элисон, что из-за сложных проблем со слухом она, скорее всего, не сможет говорить. Но в 5 лет она начала вербально общаться со своей семьей.

«Когда мне было 5 лет, я смотрела на себя в зеркало и все время спрашивала у мамы, почему я так уродлива», — вспоминает Элисон.

В 8 лет юная Мидстокк часто рисовала девушек с деформированной внешностью, которые постепенно становились настоящими красавицами под ее карандашом.

Несмотря на нестандартную внешность, у Элисон никогда не было проблем с общением. «Я росла веселым общительным ребенком. Да, в детстве меня не звали на все дни рождения одноклассников, но у меня всегда было несколько близких друзей», — говорит Мидстокк. В 9 лет девочку в очередной раз оперировали, и тогда друзья присылали ей в больницу открытки и цветы.

В 17 Элисон пережила одну из сложнейших операций, после которой наотрез отказалась возвращаться в школу. Тогда у девушки появились серьезные проблемы с принятием собственной внешности — она боялась общаться со сверстниками из-за страха осуждения.

Тем не менее девушка работала с фотографами и художниками уже с 15 лет. Так она пыталась преодолеть комплексы, возникающие из-за внешности. Более того, работа модели ей нравилась, и она сразу поняла, что нашла свое призвание.

Сейчас Элисон 31 год. На несколько лет отделение пластической хирургии стало для девушки вторым домом — там она пережила множество операций, включая капитальную реконструкцию лица в 2010 году и несколько операций по коррекции зрения и слуха.

После финальной реконструкции сомнения и страхи исчезли. Мидстокк стала увереннее и охотно принимала предложения от фотографов о совместной работе. Тогда хобби стало настоящей работой, и Элисон фактически воплотила в жизнь свою детскую мечту.